6 августа 2023 (воскресенье). Тюмень

Шок и трепет гостеприимства

Жильё в Тюмени оказалось одним из самых интересных случаев за все мои годы путешествий. Отель (sic!) «Форум» находится на третьем этаже коммерческого здания. Чтобы войти, сначала нужно позвонить в домофон, затем подняться по лестнице и миновать длинный коридор с вывесками конторок типа бюро переводов или пункта проката канцелярских степлеров.

Но за входной дверью «отеля» обстановка меняется разительно. По крайней мере, становится понятно, что название взяли не с потолка. Хотя… с него тоже.

Ничего так размах, да? Думаете, на завтрак я в таком антураже всё-таки получил белорыбицу, недоданную в поезде с фотками августейшего семейства? Увы. И с «Вдовой Клико» тоже не свезло. Завтрак решён в виде общей кухни с минимальным набором продуктов, где гости сами должны о себе позаботиться, а потом сами же помыть за собой посуду. То есть в стиле хостела. Потому что «Форум» по большей части хостел и есть, несмотря на два бассейна с рыбками в коридоре. Есть у меня подозрение, что интерьер делали под заведение чуть иного толка. Не стану развивать эту мысль.

Я не мелочился с размещением себя любимого и забронировал номер класса «семейный комфорт»: разница в цене с отдельным жильём более низкой категории была небольшой. Он оказался довольно просторным.

Это не общий для всех гостей отеля 50-метровый тренажёрный зал. Это часть моего апартамента! Видимо, семейный он именно потому, что есть где поиграть в футбол детишкам. Напольные часы, кстати, рабочие, просто остановлены. Я проверил.

10-метровая ванная с гидромассажной кабиной показалась на этом фоне чрезмерно скромной. Ещё есть гостиная и спальня.

Однако в номере не было холодильника, а спальня – с отличным траходромом, но без окна. Вместо него – зеркало во всю стену. Странно, что не на потолке. Всё удовольствие – 3078 рублей. Пожалуй, оно того стоило. Хотя бы чтобы просто подивиться на всё это.

Рубежи эпох

Улица Дзержинского (бывшая Садовая), по которой я вчера пришёл – это тюменский арбат со смешанной застройкой без выраженной антуражности современного прогулочного пространства. По крайней мере, днём променадность её довольно посредственная.

Смешанная застройка включает некоторое количество памятников архитектуры более чем векового возраста. Я и в прошлый раз отмечал, что в Тюмени неплохо сохранились деревянные дома рубежа XIX–XX веков.

Зеркальные окна на заднем плане – это отель «Форум». Этакая красота за недорого – и в самом центре города.

Самая длинная и часто называемая самой красивой улица Тюмени – Республики (бывшая Царская, бывшая Александровская и так далее). Она также сохранила немало исторической тюменской архитектуры. Но уже более парадной, каменной.

Казалось бы, нормальный купеческий дом: внизу за витринными окнами торговля, наверху жильё. Всё так, но есть нюанс. Николай Лаврентьевич Кондратьев несмотря на род занятий и приличный капитал считался крестьянином. Сословные границы в начале XX века уже сильно размылись, и хотя формальные основания претендовать на купеческое или, как минимум, мещанское достоинство у предприимчивого пейзанина были, он, видимо, большого значения этому не придавал. Сейчас нижние окна некрасиво закрыты, потому что идёт реставрация.

Ближнее здание в стиле голимой эклектики – дом купца Н. Ю. Ядрышникова (1890-е).

Раз пошла такая пьянка эпоха, должен быть и модерн.

И. П. Колокольников – тюменский «чайный король» конца XIX века. Магазин рядом с фамильным гнездом построил унаследовавший дело его сын, С. И. Колокольников.

Наискосок от усадьбы Колокольниковых расположена площадь Борцов революции – по большому счёту, сквер. Самое интересное в нём – «Дерево счастья», с которым мы в прошлый раз фотографировались.

Явно бракосочетательный декор антаблемента колоннады наводит на мысль, что объект замышлялся как место свадебных фотографий. Однако загсов поблизости не имеется. Кто бы дерево ни посещал, за прошедшие годы его заметно вандализировали.

В том числе понавязали ленточек недобитые за десять веков язычники. А ведь буквально в двух шагах находится кафедральный Знаменский собор. Ничего не боятся нехристи окаянные!

Собор (он второй кафедральный в Тобольской епархии) любопытен тем, что ориентирован строго по линии запад-восток и стоит углом к улицам. В прошлый раз я его обругал в фотографическом смысле, а нынче при нормальном свете и без спешки не только пару кадров сделал, но и обратил внимание на одну необычную особенность.

Казалось бы, обычный купол с барабаном; росписи невыдающиеся. Это так. Но дело в том, что построили его в том же 1901 году над трапезной. Случай далеко не уникальный, но и не рядовой. Особенно если принять во внимание немалый размер. В наосе купол поменьше, хоть и выше. И там темно.

А снаружи снять, чтобы не только колокольню видно, но и ещё что-нибудь – это да, никак. Я всяко примеривался, со всех сторон обошёл. Правильный собор, в общем. И всё равно Спасская церковь нравится мне больше.

В этом здании хорошо угадываются черты сильно запоздалого сибирского барокко (первоначальную постройку закончили в 1819 году, в пору расцвета неоклассицизма). Добавления к ней делали в конце XIX и в начале XX века. В прошлый раз я видел эту церковь секуляризованной, но в 2018 году архив отсюда переехал, и здание передали церкви. Заехавший на проезжую часть забор говорит о том, что идёт восстановление храма.

Спасская церковь дала прежнее имя нынешней улице Ленина. На ней ещё есть костёл, а напротив – памятник деревянного зодчества.

Дальше – там, куда мы в прошлый раз не дошли – выглядывает Круглая баня, построенная 1931 году на основе растиражированного проекта классика конструктивизма А. С. Никольского. Одна из немногих тюменских построек в этом стиле и, как сообщает Википедия, одна из всего трёх сохранившихся круглых бань в России.

Не представляю, для чего было делать баню круглой. Такая форма постройки с большими оговорками вписывается в плотную городскую застройку и ассоциируется прежде всего с паноптикумом. Однако хорошая просматриваемость – это вроде бы не то, что необходимо общественной помывочной.

И дико интересно, для чего наверху сильно выступающий балкон. В 2013 году с закрытой бани сняли охранный статус и чуть не снесли, но общественность её отстояла. В 2019 году баня стала объектом культурного наследия регионального значения, а с 2022 года её реконструируют в культурно-выставочный центр с планетарием. Но что-то я не увидел признаков проводимых строительных работ. За исключением опять же забора.

Северным концом улица Ленина выходит на высокую автомобильную набережную, которой становится улица Республики в западной её части.

В двух шагах – памятный знак в честь основания на этом месте Тюмени 29 июля 1586 года – дата почему-то указана по старому стилю. Точнее, в этот день на берегу реки Туры заложили Тюменский острог. Его, в отличие от Тобольского кремля, в камне никогда не перестраивали, и он, разумеется, не сохранился.

По современному календарю это 8 августа, но день города отмечают в последнюю субботу июля. Тюмень, получается, на год старше Тобольска. Если там на глаза иногда попадалось число 536, то Тюмень нынче украсили флажками с цифрами «537».

На гербе Тюмени изображена лодка (дощаник), потому что именно отсюда после пересечения Урала начиналось плавание по сибирским рекам. Тура впадает в Тобол, тот – в Иртыш, а там за Ханты-Мансийском уже и Обь. На первоначальном екатерининском гербе, восстановленном в 1993 году, в верхнем поле помещалась символика губернского Тобольска, но в 2005 году её убрали: несолидно. И цвета немного поменяли для лучшей выразительности.

Щитодержатели, присутствующие в полной версии, что интересно, старше самого герба. Бобр (нет, не бабр!) и лис появились на городской печати Тюмени не позднее первой половины XVIII века. Бобр, согласно официальной трактовке, символизирует созидательный труд, а лис – ум и сообразительность. Спрашивается: почему тогда не птица говорун?!

В конце улицы Республики на пригорке виднеется интересное здание, занимаемое индустриальным университетом, а ранее – строительным вузом.

Выглядит как кондовый «сталинский» неокласицизм, однако оно построено для коммерческого училища ещё в 1914 году. Профинансировал важную для развития экономики города постройку уже упоминавшийся купец С. И. Колокольников. Архитектором был москвич В. К. Олтаржевский, позднее проектировавший общее решение и первые павильоны ВДНХ. Получается, у советской монументальной архитектуры 1930–1950-х годов ноги растут непосредственно из эклектики начала века. Приверженцы такого стиля худо-бедно пережили авангардные веяния ранней советской власти и с удовольствием вернули в строй имперскую эстетику, когда она стала вновь востребована.

Улица Коммунистическая, начинающаяся за учебным зданием, раньше называлась Большой Монастырской из-за Троицкого монастыря, основанного не позднее 1616 года.

Титульный для монастыря Троицкий собор, построенный в 1708–1715 годах, сохранился в почти неизменном виде. При реставрации в 2005 году его украинско-барочные главы покрыли нитридом титана, хотя прежде они никогда не золотились. Это вызвало споры, но как по мне, такое покрытие вполне гармонично сочетается с белёной добарочной постройкой.

Внутрь зашёл – рука к камере не потянулась. Да оно бы и некстати было: служба не служба, но пели какие-то псалмы. Так себе пели, надо сказать; хор ну о-очень любительский.

Второй храм монастыря – Петропавловский – выдержан в том же стиле. Строили его сравнительно долго, с 1733 по 1775 года из-за обычной русской беды. Власти то и дело забирали всех мастеров и отправляли их куда Макар телят не гонял строить что-нибудь более нужное. На малонаселённой Сибири это сказывалось особенно сильно: других взять было негде.

Внутри тоже ни о чём: интерьер добротно-новодельный. Монастырь вообще не показался чем-то стоящим внимания, и задерживаться я не стал, заторопившись на полуденный кораблик. Его пристань находится напротив памятного знака в честь основания города.

Тура́ и почти ладья

Маршрут кораблика идёт сначала вверх по реке.

Речные прогулки, судя по всему, популярны в Тюмени.

Регулярные рейсы выполняют суда покрупнее, а теплоход на снимке выше, видимо, кто-то арендовал для семейного или корпоративного праздника.

Далеко вверх мы не пошли: из достопримечательностей там только заливные луга и кустарники на излучине. Вскоре развернулись.

Из-за высоких берегов (особенно правого – более интересного) съёмка с воды оказалась не ахти, но всё равно было здорово. Погода отличная, сидишь отдыхаешь после утренней прогулки, а мимо проплывают трупы врагов всякие красивости.

Кораблик доходит примерно до Профсоюзного моста и разворачивается. Вся неторопливая прогулка занимает примерно час. Я сидел по левому борту, поэтому правый берег снимал на обратном пути. Он не только выше, но и, главное, в тени. Поскольку южный.

Во второй половине XIX века в этом особняке проводило свои мероприятия Благородное собрание. Накушавшись и напузырившись, гости выходили на балкон любоваться видами реки. А во время Великой Отечественной войны здесь размещался эвакогоспиталь.

Пешеходный вантовый мост построили в 1985–1987 годах. Нынешнее название он получил не сразу, а в 2003 году, когда на нём провели конкурс «Самый долгий поцелуй».

«Под» мостом на левом берегу виднеется двухуровневая Вознесенско-Георгиевская церковь, законченная в 1789 году. Но я на левый берег не пошёл. Остался на правом, где благоустроена многоярусная набережная, которой тюменцы ужасно гордятся.

Всего ярусов насчитывают до пяти, но это, конечно, очень условно.

Главное, что выглядит красиво, а гуляется хорошо.

Неподалёку – жанровая скульптура «Студенты XIX века».

Высших учебных заведений в Тюмени XIX века, к слову сказать, не было. Может, поэтому у скульптора Г. П. Вострецова столь живое представление о студиозусах той поры.

Венчать скульптуру, видимо, должно было главное монументальное творение Ремезова – Тобольский кремль. Но доминирует там комплекс собора, который Ремезов как раз и не строил.

Скульптуры всяческой на набережной хватает. А туалет я сфотографировал из-за плаката, посыл которого вроде бы и понятен, но очень уж это выглядит странно и нарочито.

Туалет на набережной, кстати сказать, бесплатный. Проработав больше двух лет в связанном с внедрением универсального дизайна учреждении, я стал невольно обращать внимание на элементы безбарьерной среды в городах. Туалет оборудован пандусом – отлично. Но он, похоже, очень непрочный – иначе зачем бы его стали закрывать? Нехорошо это. Вдруг кто-то будет очень-очень торопиться?

О людях, прокуратуре и обо всём

Хороших и бюджетных обеденных мест, работающим по выходным, я в Тюмени не нашёл. Пришлось пообедать в модной кофейне.

Организм после обеда требовал спокойного времяпровождения, и я направился в музей.

Иван Яковлевич Словцов (1844–1907) – исследователь Сибири и основатель Тюменского областного краеведческого музея. В 2008 году этот музей объединили с областным художественным, и с 2017 года они оба помещаются в этом аляповатом здании. Интерьер его намного симпатичнее. Помимо двух постоянных экспозиций – краеведческой и художественной – центр принимает временные выставки. Нынче, например, была довольно интересная об истории железных дорог. И не только она.

В кассе мне начали рассказывать про запрет на съёмку фотоаппаратом. Я в ответ – про закон и прокуратуру. Закончилось тем же, чем в Ульяновске: а мы чего, мы люди маленькие. То есть «мы сделаем вид, что ничего не видели, только свали и не мешай работать». Но я не увидел ни одного интересного кадра. Помню, что был недурственный соцреализм – и живопись, и скульптура. А больше ничего не помню, только осадочек неприятный остался, потому что на самом деле не люблю я вести разговоры про прокуратуру. Люблю, когда всё можно без них. Не люблю вахтёров; люблю, когда улыбаются и радуются, что я пошёл к ним, а не в бордель. Да, звучит глупо, но отчего бы не помечтать? В конце концов, это не Лувр и не Эрмитаж (где, кстати, любительской съёмке препятствий не чинят); очереди из добровольных посетителей к ним не стоят.

Вопрос, кто является «тюменским всем», непрост. Одним из кандидатов вполне мог бы быть Григорий Распутин. Он родился в селе в 85 километрах от Тюмени. Фигура, конечно, весьма одиозная, так что тюменский памятник «старцу» не красуется гордо на большой центральной площади, а прячется в скверике в глубине квартала между зданиями прокуратуры и перинатального центра. Дело в том, что прокуратура занимает старое здание городской больницы, где Распутина лечили после того, как Хиония Гусева в 1914 году совершила на него покушение. Столетие этого события памятником и отметили. Мол, мы чествуем не аспида окаянного Гришку, а самоотверженный труд тюменских врачей и неукоснительное соблюдение ими клятвы Гиппократа. Композиционное решение памятника позаимствовано у расхожего образа тов. Бендера.

У Рауля-Юрия Георгиевича Эрвье́, пожалуй, больше оснований быть предметом гордости и благодарности тюменцев. Особенно благодарности. На памятнике ему так и написано: «благодарная Тюмень».

Bменно ему, рукодителю геологоразведки в Тюменской области, принадлежит честь открытия крупнейшего нефтегазоносного бассейна в Западной Сибири. Наряду со множеством коллег, разумеется. Если бы не они, не было бы такой Тюмени, какую мы знаем. Да и не было бы такой России, если уж на то пошло. К счастью или к несчастью – другой вопрос.

Неподалёку от Распутина на улице Свердлова есть ротондная церковь. Такое я люблю и стараюсь не пропускать.

Здесь как раз закончилась служба, и я зашёл. Хотя церковь была закрыта меньшее двух лет, и здесь не устраивали конюшни и котельные, смотреть внутри нечего. Роспись купола, например, наверняка старая, хотя вряд ли оригинальная. Она очень темная и при этом бликует.

Рядом – здание бывшего Романовского училищав стиле упрощённого модерна, ныне используемое Перинатальным центром в качестве консультационного центра.

TJM–SVO

Идущий в аэропорт автобус №10 считается обычным городским: 29 рублей при оплате картой. При этом он гордо именуется Аэроэкспрессом, поскольку имеет сокращённое число остановок по маршруту, и носит особую ливрею.

В тюменском аэропорту «Рощино» я прежде бывал только в темноте и рассмотреть его как следует не мог. А чего-то здесь и вовсе не было тогда.

Что ж, настало время раскрыть последнюю интригу. Этому аэропорту в 2019 году от нечем заняться присвоили имя Д. И. Менделеева. Именно поэтому у Ремезова в 2021 году не оказалось достойных соперников в борьбе за аэропорт Тобольска.

Доехал я быстро, и за 2 часа до вылета (он в 19:55) уже неторопливо вышагивал по терминалу с посадочным талоном в кармане. Регистрацию начали чуть раньше, чем за 2 часа – как раз к моему приходу. Домой лечу на SSJ 100 «России».

Изменилось в аэропорту на первый взгляд мало что. Хотя я и не особенно детально его помню про прошлому приезду: было темно и сонно. Бутылочка воды в вендинговых автоматах стерильной зоны стоит 100 рублей. Из дрянных, конечно, но в Москве такая же по 150. А поесть… Бургер за 900 рублей меня совсем не вдохновил: я вдруг снова вспомнил, что безработный. Полечу голодный в надежде, что «Россия» в пути расщедрится на сандвич.

---

< Тобольск