Всё ещё 28 августа (суббота). Суздаль, день первый

Пятиминутка умничания

Средневековая Северо-Восточная Русь отличалась необычайной на фоне других исторических периодов полицентричностью (также известной из школы как феодальная раздробленность). Главный город в ней был, но он то и дело менялся. Да и доминирование его было небезусловным, пока к концу XV века при Иване III Москва не стала единственным центром не только региона, но и всего русского государства.

Первое княжество на северо-востоке, фактически независимое от Киева, известно как Ростово-Суздальское. С Ростовом понятно: это один из древнейших русских городов, и ещё легендарный Рюрик назначал туда наместника. Юрий Долгорукий владел уже полноценным удельным княжеством, и центр его он в 1125 году перенёс в Суздаль. Очень деятельный был правитель; недаром то и дело возникает на страницах моих рассказов.

Долго оставаться столицей Суздалю суждено не было. Сын Долгорукого Андрей Боголюбский свою резиденцию предпочёл устроить близ Владимира. С 1157 года, когда по смерти отца он стал полноправным князем, княжество уже именуется Владимирским. Или Владимиро-Суздальским, отдавая должное особому значению Суздаля. При Боголюбском (то есть задолго до монголов) происходит де-факто перенос политического центра Руси из Киева во Владимир. Взяв Киев в 1169 году, этот князь сделал весьма символичный жест. Не занял тамошний престол, прежде наиболее престижный из всех, а отдал его своему младшему брату. Сам же вернулся домой, на Клязьму.

Самый известный русский правитель следующего века Александр Невский, владея обоими престолами, тоже ставил Владимир важнее Киева. Однако при нём всё большую самостоятельность обретают уделы Владимирского княжества: Тверь, Москва, Кострома, Городец и другие. После смерти Невского в 1263 году обширное княжество как единое целое заканчивается. Великокняжеский престол во Владимире с прилагающимися к нему всё ещё значительными владениями остался. Но он более не передавался по наследству и даже не захватывался силой, а стал ордынской номенклатурой. Ханы назначали владимирских князей в качестве своих наместников на Руси по собственному выбору. То есть за хороший бакшиш, что тогда считалось не коррупцией, а неотъемлемой частью переговорного протокола.

Занятно, что Владимир повторил судьбу предыдущего центра русских земель – Киева, превратившись в приз для окрестных князей. Князья при этом, понимая непрочность своего положения во Владимире (хан дал, хан и забрал), предпочитали оставаться в собственных уделах. Так что Владимир после Александра Невского являлся лишь номинальной столицей Руси.

Суздаль в это время в единое с Владимиром княжество чаще всего не входил. То был центром самостоятельного удельного княжества, то объединялся с нижегородской землёй. Так, главную мою сегодняшнюю достопримечательность – Свято-Евфимиев монастырь – основал суздальско-нижегородский князь Борис Константинович в 1352 году. Около него-то (монастыря, не князя) я и попросил меня высадить. Но сразу туда не пошёл, а для начала размялся на чём попроще. Чтобы, значит, не окочуриться от избытка впечатлений. В Суздале это запросто.


Церковь Смоленской иконы Божией Матери (1696-1706)
и колокольня (на вид – ближе к середине XIX века)

Конных повозок для услады туристов в Суздале несметное количество. Наверное, не меньше, чем в Венеции гондол. Ценой извоза не интересовался, поскольку не фанат обонять навоз за свои же деньги. Гондольеры в этом плане имеют определённое преимущество, будучи не столь усердными в производстве парниковых газов. Да и могут отмазаться в случае казуса: вода, мол, в каналах застоялась. Но до каналов и гондол нынче не добраться, так что Суздаль – наше всё!

Советская ещё бронзовая табличка на церкви содержит ошибку.

На ней указаны два Смоленские церкви, хотя зимняя (она за колокольней, видна за деревьями едва-едва и вообще малопримечательна) на самом деле Симеоновская.

Упоминаемые табличкой парные приходские храмы – это всеобщая суздальская тенденция. Окончательно попав в середине XV века в подчинение к Москве, Суздаль из одного из важнейших городов русского Средневековья постепенно становится глухой провинцией. Глухой, но зажиточной. Поэтому храмов в городе строят много, меряясь с соседями их размером и красотой. Однако с большими красивыми храмами есть одна проблема: их зимой не протопишь. Хотя бы уже потому что полей в Ополье много, а вот лесов совсем не густо. Дрова приходилось экономить. В принципе, можно было рядом ТЭЦ построить, но горожане, разумеется, были горой за экологию. Да и подвести газ царь в этом веке обычно обещал как-то неопределённо. Так что возле больших красивых летних церквей повсеместно вместо ТЭЦ появлялись приземистые и зачастую не такие красивые церкви зимние.

Ещё одна архитектурная примета Суздаля, которая тоже тут просматривается – небольшие главы с очень тонким перехватом. Такие, как на Михайловском соборе в Юрьеве. Высокие барабаны небольшого диаметра (в основном слепые), на которых такие главы стоят, ещё называют шеями. На них к XVII веку «переезжает» аркатура, приобретя попутно стрельчатость. Стены храмов ею более не украшают.


Шеи и главы Смоленской церкви

Внутрь заглянул – ничего интересного.

Южнее церквей стоит штука уникальная – городской жилой дом XVII или первой половины XVIII века (есть разные датировки).


«Посадский дом»

Кирпичная постройка формами откровенно имитирует рубленую избу. Во-первых, угловые лопатки как бы намекают на венцы. Во вторых, две слегка разновысокие части дома выглядят так, как если бы это были два сруба. Тому, впрочем, есть рациональное объяснение: две части дома построены в разное время. Вполне мог возникнуть резон поставить пристройку на более высокий подклет даже ценой некоторого неудобства перемещения внутри дома. В-третьих, обособлять карнизом фронтон нужно в деревянной избе с дощатым чердаком (чтобы прикрыть сруб), но при каменной до самого конька стене это совершенно излишне. Собственно, даже в деревянных постройках, если сруб идёт во всю высоту до конька, карниз не делают. Каменное жилое строительство в те времена определённо было редким явлением: своих традиций оно ещё не выработало.


Два конька

Любопытно и то, что аж до 1970 года дом находился в частном владении. Потом его выкупил Владимиро-Суздальский музей-заповедник. Внутри нынче какая-то экспозиция, но сегодня вход в неё почему-то был закрыт. Да я и не особенно и стремился туда. В Суздале всюду заходить – никакого времени и сил не хватит.

Камни у Каменки

Прежде чем направиться в Спасо-Евфимиев монастырь и застрять там надолго, заглянем в сквер по соседству, где стоит памятник князю Дмитрию Пожарскому. Военачальнику второго народного ополчения, освободившего в 1612 году Москву от польско-литовских ихтамнетов.

В Спасо-Евфимиевом монастыре находилась родовая усыпальница Пожарских. В ней был похоронен и Дмитрий Михайлович. За памятником виднеется Входная башня монастыря, построенная вместе с актуальными стенами в 1670-1680 годах. Монастырь был основан как оборонительное сооружение изначально, но до того имел только деревянные укрепления. Зачем Алексею Михайловичу понадобилась серьёзная фортификация в глубоком тылу, можно только догадываться. Не исключено, что к тому его сподвигло наделавшее немало шороху в «тишайшее» царствование восстание Степана Разина (1667-1771). Не так уж далеко отсюда оно гуляло. Во всяком случае, чисто декоративными эти укрепления отнюдь не выглядят. Периметр их около 1200 метров, башен всего 12. По факту никто никогда на них не покушался.


Панорама внутри крепости. Справа видна Входная башня.
(Для просмотра в меню «Яндекс.Диска» выбираем «Открыть оригинал»)

Неподалёку от Входной башни внутри монастыря располагается надвратная Благовешенская церковь – прежние главные (Святые) ворота.


Благовещенская церковь (конец XVI – начало XVII в.)

Площадь внутри стен по моей прикидке гектаров 6, так что места в достатке, можно не экономить. Пространство вдоль западной стены (слева на панораме) – просто лужок, открытый для посетителей частично.


Закрытая часть (снимал через забор)

Можно было для антуража каких-нибудь козочек выпустить пастись. Другое-то сельское хозяйство тут имеется.


Ульи отчего-то стоят в доступной части

Надобно сразу сказать, что недвижимость используется совместно Владимиро-Суздальским музеем-заповедником и церковью. Монастырь считается возобновлённым, хотя где размещаются монахи, я не смог понять: все здания отданы под музейные нужды. Может, живут они где-то в другом месте, а сюда приходят на работу. Мёд собирать и пропалывать аптекарский огород в юго-восточном углу монастыря (на панораме справа).


Аптекарский огород

Написал бы, что это за башня на заднем плане, да только не нашёл ничего об их названиях. Скорее всего, нет собственных имён у башен, кроме трёх воротных. В самом деле, тут же не кремль; зачем башням имена?

А какие в аптекарском огороде запахи! Оно и понятно: всякие душистые травы выращивают. Нашлась даже одна с парадоксальным названием котовник кошачий.


Népeta catária, народное название – кошачья мята


Шиповник – тоже известное лекарственное растение


А яблочки, наверное, молодильные. Но рвать не велят, так что не протестировал

Пройдя через бывшие Святые ворота, попадаешь в небольшой парк…

… за которым скрывается центр архитектурного ансамбля монастыря. Включённого, кстати сказать, во Всемирное наследие ЮНЕСКО. Объект «Белокаменные памятники Владимира и Суздаля».


Спасо-Преображенский собор и звонница

Спасо-Пребраженский собор относят к XVI веку. Никакой он не белокаменный. Кирпичный, как и всё остальное тут. Самая старая часть собора – видимый на снимке придел, где похоронен первый настоятель монастыря преподобный Евфимий Суздальский. Он построен в начале века, а основной объём – в конце. Галерея ещё более поздняя, это XVIII век. Откровенно говоря, выглядит эта мешанина так себе. Однако в наличии аркатурно-колончатый пояс, и собор действительно во многом следует традициям белокаменного зодчества. И размером для своего времени велик, этого не отнять.

Звонница (справа) выглядит ещё аляповатее, потому что это не цельное здание, а совокупность нескольких в разное время построенных частей. 9-гранная(!) башня с давно упразднённой церковью Иоанна Предтечи – самая ранняя из них (примерно первая треть XVI века). Её завершение кокошниками и главкой не оригинальное, а произвольная реконструкция советских времён (на фотографиях Прокудина-Горского начала XX века ничего этого нет). Трёхпролётная галерея для больших колоколов датируется концом XVI – XVII веком. Башенка-часозвоня появилась, по всей видимости, ещё позже. Что известно точно, в 1660 году настоятель уже мог с полным основанием назначать подчинённым епитимии за опоздания более чем на четверь часа (четверти отбивались).

Написание чисел буквами по допетровскому обычаю – суздальская фишка. Часы вроде бы идут, но время показывают странное. Наверное, рио-де-жанейрское. Хотя с чего бы? Городов-побратимов в Южной Америке у Суздаля нет. Зато немало в Европе, и среди них чешские Лоуни.

Внутренняя роспись собора выполнена в XVII веке костромскими мастерами. Действительно мастерами – особенно если сравнивать с тем, что намалевали их земляки в новгородском Знаменском соборе.


Арка Евфимиевского придела

При входе, между прочим, сразу говорят: снимать можно. Какие молодцы, а? Всячески одобряю и поддерживаю. С другой стороны, я ведь за посещение монастыря 400 рублей выложил. В собор можно зайти и с более дешёвым билетом за 250, куда не включено большинство музейных экспозиций, но я взял «вездеход».

И то, что крупно написано на главной странице сайта монастыря (именно церковного учреждения, а не музея), меня тоже восхитило. Потому что куда чаще видишь совсем иное отношение. Не могу не процитировать.

Двери храмов открыты для набожных и безбожников, крещеных и атеистов, радостных и несчастных, раскаивающихся и ищущих успокоения, молящихся другим богам и верящим только в себя и в свои силы, непричащающимся и не соблюдающим посты, не знающим молитв и правил поведения в храме. Войди, препятствий нет!

Чтобы запечатлеть интерьер целиком, пришлось подождать. Не столько потому что народ толпился (это тоже было), сколько потому что на солею взошли три монаха из монастырского хора и в порядке рекламы своих записей (продаются в галерее) исполнили распев «Кирие элейсон». Сказать, что это было божественно – пошлейшее клише. Однако звучали прекрасные голоса в акустике храма в самом деле словесно-невыразимо чудесно. До мурашек.

Несмотря на отсутствие иконостаса или иной алтарной преграды, храм действующий. Служат в нём лишь раз в неделю. Возможно, на это время закрывают алтарь ширмой. Интересно, как в этом случае пропускают на территорию музея (обычно-то без билета сюда не попасть).

После распева весь народ побежал на улицу слушать перезвон, благодаря чему я и смог поупражняться в совершенно пустом соборе. Звонят днём каждый час, так что я мог не сокрушаться о том, что пропустил половину сеанса. Просто вернулся сюда позже. Видео всё равно не получилось: на автоматической экспозиции светлые поверхности оказались необратимо засвечены. Да и вести камеру ровно не очень получается без специальных приспособ, прямо скажем. Но заценить это стоит.

«Концерт» продолжался почти 6 минут; тут я его сильно урезал из-за посредственного визуального ряда.

Корону на кресте заметили? У августейших особ Спасо-Евфимиев монастырь был в фаворе. Да и вообще к Суздалю они питали особое отношение, к чему мы вернёмся позже.

Слева от собора стоит бывшая Успенская трапезная церковь.

По поводу её датировки встречаются две версии: первая и последняя четверти XVI века. В первую, глядя на шатёр и кокошники, совсем не верится. Нынче церковь внутри переоборудована под размещение музейных экспозиций. Они же в примыкающем к церкви Архиерейском корпусе (его деревянная галерея виднеется).

Что ж, идём знакомиться с экспозициями. Ибо уплочено. Начнём с выставки «Русская икона XVIII – начала XX века». Чего-то особенно шедеврального я там не обнаружил; больше всего приглянулась версия рублёвской «Троицы» 1914 года. Берём.


Н. и А. Брягины. «Святая Троица, с бытием и хождением»
(копия суздальской иконы XVI века, хранящейся в Русском музее)

По соседству – выставка «Книжные сокровища шести столетий». Интересная. Но книги лежат в застеклённых витринах, так что не разгуляешься. Ограничился советским плакатом.

Не совсем злободневная сентенция, пожалуй. В наше время актуальнее «Интернет листать не будешь…»

Выставка «История суздальских монастырей» в Братском корпусе порадовала деревянной скульптурой XVIII века из сельской церкви Суздальского уезда. Четыре фигуры её надалтарной сени представляют символы евангелистов.


Это орёл (весьма неочевидно, на мой непросвещённый взгляд) Иоанна Богослова


Ангел ап. Матфея

Неизвестный резчик определённо имел какие-то счёты с ангелами тоже, но оставим это на его совести.

Кстати о птичках совести. Точнее, о её свободе. На территории монастыря известная раздавательница гербов и городских планировок Екатерина II в 1767 году распорядилась учинить тюрьму. Не пропадать же зря таким хорошим стенам. Монастырь, как я понял, при этом продолжал действовать; тюрьма была небольшая. Заключали в неё мыслепреступников – посягнувших на тогдашние скрепы и просто носителей опасных идей. Такие злоумышленники считались умалишёнными, и с ними не церемонились. Всего с 1767 по 1905 годы узниками этой тюрьмы перебывали 403 человека. В основном духовенство: раскольники, сектанты, переметнувшиеся в католичество священники и прочие кришнаиты еретики. Помимо них, контингент был пёстрый, включая генерала, двух князей (в том числе помешавшегося декабриста Шаховского), шкипера, сапожника, француза и немца.

Тюремная «карьера» монастыря не закончилась с закрытием в 1905 году застенка для инакомыслящих и альтернативно одарённых. Советская власть тоже не желала, чтобы хорошие стены стояли понапрасну. В них последовательно располагались:

  • концлагерь ОГПУ (с 1923 г.);
  • тюрьма особого назначения НКВД (с 1935 г.);
  • лагерь для интернированных (с начала второй мировой);
  • фильтрационный лагерь для побывавших в плену красноармейцев (с 1941 г.);
  • лагерь для военнопленных (с 1943 г.);
  • детская колония (с 1946 по 1967 годы) – известна тем, что её посещал Юрий Гагарин.

Об этой стороне истории рассказывает ещё одна экспозиция, размещённая как раз в Тюремном корпусе.


Бывший прогулочный двор тюрьмы (слева – Тюремный корпус)

Что касается пленных, то в Суздале содержали не солдат вермахта, а военных других стран Оси. Прежде всего, итальянцев.


Рисунок бывшего военнопленного Карло Ромоли

Ромоли был освобождён в апреле 1946 года, но он дважды приезжал в Суздаль уже в преклонном возрасте – тогда и сделал рисунки, что представлены сегодня на выставке «Сплетение судеб». Там же и про Витторио Де Сика есть, который не воевал, а просто был большим другом суздальского музея. Долго искать немного Италии мне в Суздале не пришлось :).

В бывшей Никольской церкви и примыкающих к ней больничных покоях…


Никольская церковь (1669) и больница

… находится самая, наверное, популярная музейная экспозиция – «Золотая кладовая». Всевозможная церковная утварь, кресты, одеяния и прочее. Самые древние экспонаты датируются XI веком.

Всё-таки для меня все эти ризницы-сокровищницы на одно лицо. Чего-то особенно интересного с художественной точки зрения я не отметил, так что большого удовольствия не получил. После Владычной палаты тут смотреть, по большому счёту, не на что. Да и вообще проманкировать выставками, по-моему, не будет в Спасо-Евфимиевом большой потерей. Лучшее, что тут есть – архитектура, природа и интерьер собора. А это всё доступно и по 250-рублёвому билету.


Архитектура и природа

Возле апсид Преображенского собора стоит новодел (2009 г.) часовни-усыпальницы Дмитрия Пожарского.


На горельефе князь с Козьмой Мининым,
хотя похоронены они в разных местах

Западная стена монастыря выходит на высокий берег реки Каменки.

Башня действительно наклонена, что для высокого берега с подвижным грунтом отнюдь не удивительно. Самые хорошие виды тут рано утром (будут), а пока что те, что не против солнца. Я вышел из монастыря в 4-м часу, и оно стояло аккурат через реку над Покровским монастырём (он тоже будет).

Когда-то Каменка была судоходной, но нынче по ней мало что может плавать. Обратите внимание на форму мостика вдали. В его конструкции оставлен проход, куда аккурат протискивается плавучее недоразумение, которое гордо именуется «речным трамвайчиком».

На вид корыто корытом, включая прямоугольную форму. Цена довольно спорного удовольствия – 800 рублей. Однако… дорогой в Суздале трамвай. Я-то ещё недавно думал, что 700 за прогулку по Волхову – это чересчур. А там хотя бы можно увидеть что-то недоступное для взоров с суши. На что здесь рассчитывать вовсе не приходится.

Ещё можно покататься на имитации варяжского драккара. Или, возможно, это ушкуй («Хотите покататься? А вот ушкуй вам!»). Его я заметил вечером, и снимки в движении не получились из-за плохого освещения. Цену не знаю. Но едва ли не самый популярный способ передвижения по Каменке – пенопластовые доски (сап-борды). В нескольких местах города их можно взять напрокат. Цены у всех прокатчиков одинаковые, 500 рублей за час. Что существенно дешевле короткой прогулки на монополисте-трамвайчике при куда большем удовольствии.


Это у того самого трамваепропускного мостика

Что меня несколько смутило, я ни одного человека на доске не увидел в спасательном жилете. Единственное, что обязательно, это пристёгивать доску к ноге витым шнуром. Видимо, чтобы утопленников было проще вылавливать.


Плавать можно как стоя, так и сидя

Риск, впрочем, высоким не кажется. Течение Каменки медленное, и вода очень спокойная. Пока мимо тебя не проплывает «трамвайчик» или «драккароушкуй», во всяком случае.

Заманчиво. Но жаба – несмотря на то, что она амфибия – отступление от сухопутности не одобрила. Затраты у меня и так в этот раз предполагались значительные; Суздаль – город для туристов дорогой. И поскольку в гостинице уже началось заселение, туда я и отправился. Сугубо по земле пешком.

ГТК (Главный туристический комплекс)

Начавшаяся в XVIII веке в России промышленная революция мало затронула Суздаль. Сошла на нет и транзитная торговля: основной путь из столиц на восток стал проходить южнее, через Владимир. Железная дорога в XIX веке тоже обошла Суздаль стороной. По-прежнему немалое благосостояние города продолжало зиждиться на сельском хозяйстве. Солить огурцы тут научились ещё в XVI веке (и немало в том преуспели), а потом и сам Суздаль «законсервировался». У нас отношение к старине далеко не итальянское, но сохранился он на удивление. Даже в советское время церквей было утрачено сравнительно немного, около 30% от их числа. Но мало кто о том знал, кроме суздальцев, тихо гордившихся своим уж-жасно историческим городом.

Новый звёздный час для тихого райцентра настал в 1960-е, когда в СССР стал развиваться внутренний и въездной туризм. В бабушкином фотоальбоме немало снимков той поры, когда они с дедом, молодые, колесили по городам и рекам страны (весьма популярны были речные туры). В 1967 году вышло постановление Совмина СССР «О создании туристского центра в г. Суздале», предусматривавшее развитие соответствующей инфрастуктуры в городе. Примерно в то же время формируется маршрут «Золотое кольцо России», в который Суздаль входит на правах одного из интереснейших городов благодаря уже упомянутой уникальной сохранности. Для продвижения туристического бренда (хотя тогда это так не называлось) даже написали песню «Суздаль». Исполнила её сама Майя Кристалинская. Она (песня) не особенно известна, поскольку к числу лучших в репертуаре этой замечательной певицы её никак не отнесёшь. На Youtube я её не нашёл, но послушать можно. Здесь.

Туристическая инфраструктура – это, прежде всего, гостиницы. Они в Суздале необходимы: для посещения «одним днём» из Москвы он не годится. Хоть в 5 утра выезжай, с учётом дороги туда-обратно на знакомство с многочисленными достопримечательностями остаётся мало времени. Не говоря об утомительности такой поездки. Так что весьма желательно останавливаться в Суздале на ночь. В том числе и для того, чтобы оценить местные церковно-буколические живописности на закате (если он случится, что летом вполне вероятно) или даже на восходе.

Сегодня город посещает ежегодно около 1,7 миллиона туристов. Это при собственном населении немногим менее 10 000 (Суздаль даже в 20-ку городов Владимирской области не входит). В Италии таким соотношением никого не удивишь. Но в России по количеству мест в гостиницах на душу населения Суздаль, наверное, лидер. Причём крупная гостиница (более 200 номеров) всего одна – построенная по постановлению 1967 года.


Это она – ГТК «Суздаль»

Тут не только обычные номера, но также и «бунгало», кемпинг, киноконцертный зал и открытый амфитеатр, собственный пляж на Каменке, бассейн, оздоровительный центр, достраивается спортивная арена. Трассы F1 и биатлонного стрельбища для полного счастья недостаёт, но и это дело наживное. Действительно комплекс. Единственный в своём роде в Суздале. В основном же гости города останавливаются в многочисленных небольших гостевых домах. 4-звёздочных отелей в Суздале, по сведениям booking.com, всего 6, а «пятёрок» нет вовсе. Отчасти последнее, наверное, связано с тем, что в городе нет многоэтажных домов. Гиды то и дело упоминают о запрете строить выше 3 этажей, но это неточно. В центре (в границах городской застройки на начало XX века) нельзя много чего, в том числе возводить здания выше 8 метров до конька крыши. На окраинах формальных ограничений нет, но выше 4 этажей и тут ничего не найдёшь. Наверное, поддерживаемая властями традиция.


Стилизованные под белокаменную владимиро-суздальскую резьбу часы на ГТК.
В самом деле немного напоминает виденное сегодня в Юрьеве-Польском

Как вы наверняка уже догадались, именно тут я и остановился. Это не был оптимальный по соотношению цена/качество вариант, но меня заинтересовало само здание. А в ином случае я бы до него не добрался, поскольку построен ГТК на отшибе (то есть он, наверное, мог бы быть выше своих 2 этажей, но не стал). От Спасо-Евфимиева монастыря тут, впрочем, недалеко, менее 10 минут. Пройти вдоль крепостной стены, перейти мостик, который я уже показывал, прогуляться деревенского вида улочкой и снова пересечь Каменку по другому мосту.

Да, на этом мосту есть дверь. И даже короб, который, по идее, должен помешать перелезть сбоку, если дверь будет закрыта. И вроде бы администрация ГТК действительно собиралась дверь запирать. (Зачем??? Сложно найти смысл в подобной затее.) Но до реализации это намерение не было доведено из-за народного возмущения. Во всяком случае, на двери нет ни замка, ни проушин, ни даже ручки. И никаких следов того, что они прежде были: я внимательно посмотрел. Вероятно, предполагался электронный замок; возможно, с видеофоном. На свае под дверью виднеется электрошкафчик, хотя освещения на мостике нет.

Первое впечатление от интерьера ГТК – очередь на заселение. Вряд ли это задуманная часть аттракциона «Назад в СССР». Скорее, рецепция не справляется с потоком гостей в последние летние выходные. А ведь гостиница даже не под завязку; свободные номера были.


На переднем плане – афиша состоявшегося накануне
творческого вечера Николая Бурляева

Решил подождать, пока очередь рассосётся. А пока выпить кофе в лобби-баре.


Холл ГТК – бережно отреставрированный советский шик

Интерьеры меня не разочаровали, а бар оказался довольно дорогим. Так что с учётом рецепции и стоимости проживания новгородский «Садко» vs. Суздальский ГТК – 3:1. Слева на снимке виднеется внутренний дворик. Наутро, пока никого не было, я выбрался туда поснимать. Он был ещё закрыт, но мне открыли.


Вид на киноконцертный зал

Завтраком ГТК уделал конкурента «в одну калитку». Это при том, что и в Новгороде на корм особо жаловаться не приходилось. Начинается он, правда, не рано, в 8 часов. Помимо отличного выбора еды стоит отметить и интерьер, в котором её предполагается вкушать.

Среди эстетики-то приятнее блинчики снедать, ясное дело.

С ужином вышло похуже. Одноимённый со всем заведением сравнительно демократичный ресторан «Суздаль», который весьма хвалили в отзывах, в этот вечер обслуживал только группы. Не знаю почему. Может, из-за свадьбы, которая гуляла тут же по случаю субботы. Прочих гостей кормили во втором заведении, подороже. Знай я заранее о такой засаде, пошёл бы в другое место. Но когда пришёл, уже совсем неохота было куда-то ещё тащиться. Набегался за день-то. Ладно, кутить так кутить :).

Кухня в ресторане «День и ночь» нареканий не вызвала. Но порции маленькие при совсем не гуманном ценнике. И очень долго обслуживали (видимо, из-за всё той же свадьбы). О чём честно заранее предупреждали, но толку с того, раз решил никуда не идти? И столов не хватало, поскольку гостям приходилось задерживаться. В общем, мне не понравилось.

Что до номеров, отсутствующий плафон на одном из прикроватных бра и толком не работающий пульт от телевизора меня едва ли сильно смутили. Нет у меня больших ожиданий от места для просто разок переночевать. Матрас удобный, бельё чистое; количество полотенец располагает к тому, чтобы навертеть из них для горничной стаю лебедей, но я не умею. А летний чемпионат мира по биатлону (он как раз проходил в эти дни) я и на телефоне могу посмотреть: к вай-фаю претензий нет.

Итоговый счёт – 4:2 в пользу «Садко».

«Клуб первых жён» (скрепоносная версия)

Я сказал, что находится ГТК на отшибе, и я от своих слов не отказываюсь. Просто с поправкой на размер города суздальский отшиб – это до центра полчаса пешком, а вовсе не час на транспорте. А до ещё одной из наипервейших достопримечательностей – Покровского монастыря – и четверти часа не будет.


Вид Покровского монастыря от Спасо-Евфимиева

Основан Покровский монастырь, как и Спасо-Евфимиев, в XIV веке (по крайней мере, так считается). Но, понятно, актуальные постройки значительно новее и в этом случае.

Не рассчитанные на серьёзную оборону стены я бы датировал второй четвертью XVII века (честно, без подглядывания). Проверяем. Что касается стен и шатровых башен, с веком я не ошибся. А более точной их датировки не найти. Башни с купольным завершением, конечно, более поздние (или сильно перестроены). Вход в монастырь не с этой стороны, а с южной через Святые ворота, которые старше стен.


Святые ворота с надвратной Благовещенской церковью
(1551, неоднократно перестроены)

Видите, какие тени длинные? Вечерело уже, когда я до Покровского добрался. Но в августе день ещё долгий, а открыт монастырь до 19 часов. Смотреть в нём при этом не так много чего есть, бо ходить можно только по одной дорожке, идущей через всю обитель от Святых ворот к «Трапезной». Самое заметное сооружение на этом не очень тернистом пути – Покровский собор с шатровой колокольней.


Покровский собор (1518) и колокольня за ним (XVII-XVIII вв.)

Примерно современник Спасо-Преображенского собора, получается, и сходство между ними неслучайно.


Верхняя часть Покровского собора

Килевидные закомары, простенький аркатурно-колончатый пояс с явно позднее пробитыми окнами… Главы тут совсем другие, но то недавняя реконструкция. Фризы в верхней части барабанов Покровского собора переходят в миниатюрную колоннаду – такого я в Суздале больше не видел. Да и вообще нигде не видел (точнее, не отмечал).


Стены собора украшены изразцами

Внутри Покровский собор в убранстве полностью новодельный, чего-то интересного я там не обнаружил. А только за экстерьер его во Всемирное наследие не взяли. По этой части в монастыре есть нечто даже более незаурядное (но тоже не взяли).


Трапезная церковь Зачатия праведной Анной Пресвятой Богородицы (1551)

Тот же XVI век, но насколько другой стиль! Конечно, нужно принимать во внимание позднейшие интервенции, но постройка изначально нетипичная для владимиро-суздальской архитектуры. И она не совсем церковная. Собственно церковь занимает небольшую часть постройки – её главку видно на общем снимке монастыря. Второй этаж – это по большей части трапезный зал, а под ним располагается кухня. Жаль, что нельзя взглянуть на это изнутри.

Никак не мог вспомнить, что мне напоминают косые кресты на фасаде. Потом нашёл: Францисканский костёл в Вильнюсе! Неожиданно.


Чердачное окно Зачатьевской церкви-трапезной с равносторонними
крестами, для русской архитектуры тоже нетипичными

Гуляет гипотеза (документально неподтверждённая), что строил Зачатьевскую архитектор, которого привезла с собой или пригласила Елена Глинская – вторая жена Василия III и в течение 5 лет полновластная правительница-регент Московского царства. Она происходила из Литвы, так что версия выглядит правдоподобной. Немного не сходится по хронологии: Глинская умерла ещё в 1538 году. Но зодчий мог остаться в России и после её смерти. Тем более, что связанных с мятежниками Глинскими в Литве навряд ли ждали с хлебом-солью и хороводами.

Такая интересная необычная штука в Покровском монастыре есть. Но более всего он известен не архитектурой, а своими обитательницами. Здесь многие годы жизни (а чаще все последние) провели немало русских женщин из высшего сословия. И их монашество зачастую не было добровольным. В этом более или менее достоверном списке пятая жена Ивана IV Анна, вдова Василия Шуйского Мария, дочь Бориса Годунова Ксения, первая жена Петра I Евдокия.

Особое место среди исторических инокинь монастыря занимает Соломония – жена великого князя московского Василия III, канонизированная под именем Софии Суздальской. Для Василия III было сверхважно родить сына: мысли о наследовании другими родственниками он не допускал. Однако его вполне вроде бы любимая супруга за 20 лет брака понести не смогла. Что оставалось делать? Получить развод в те времена было непросто. Можно было подстроить доказательства неверности жены. Но это гарантированный ущерб государеву престижу. Потом, митрополит, будучи в курсе щекотливой ситуации,  доказательствам мог и не поверить (и развода не дать). Уламывай его потом. Другой способ – принудить жену принять постриг. Последнее церковь отнюдь не одобряла: принятие монашеских обетов рассматривалось исключительно как осознанное решение человека, продиктованное духовными потребностями. А ни в коем случае не способ решения житейских проблем. Так что, получается, опять митрополит станет нудеть про нерушимость брака пред Господом. Но тут вам не Европа, и на Руси у светских властителей нагнуть церковных получалось всегда, и с веками всё проще. Каносса – это точно не про нас.

Есть расхожая легенда, что Соломония-де сама настояла на постриге, чтобы дать мужу возможность вступить в новый брак и родить наследника. А тот едва ли не на коленях умолял её от этой затеи отказаться. Это позднее присочинение, поскольку святой быть постриженной насильно, конечно, не пристало. Как бы то ни было, сей бракоразводный казус стал для русской истории событием определяющим. В самом плохом смысле. Ведь во втором браке Василия III с уже упоминавшейся Еленой Глинской родился не кто иной как Иван IV Грозный. Опричнина и обусловленная ею Смута – прямые следствия одержимости Василия идеей передачи власти по прямой линии.

Никуда не деться от истории в одном из самых исторических городов России.

Нынешние сестры возобновлённого в 1992 году монастыря живут, по всей видимости, не в каменных кельях, а в избах из калибра. Коих на территории немало.

Не знаю, они работают в «Трапезной», или там вольнонаёмный персонал. Во всяком случае, не отметил я особой благости в этой неаппетитно выглядящей и пахнущей столовке с ломовыми даже по московским меркам ценами. Но с благостью у меня отношения вообще сложные. Наверное, я её просто не заметил, а на самом деле она есть, и за неё идёт наценка.

Южнее Покровского монастыря стоит очередной суздальский приходской дуэт – Петропавловская и Никольская церкви.


Летняя Петропавловская церковь (1694)

Вполне типичное для Суздаля здание. Кабы не галерея, была бы сильно похожа на свою современницу Смоленскую, с которой сегодня началось моё знакомство с Сузделем. Очень похожие главки на шеях позади (за Каменкой) – Вознесенская церковь в Александровском монастыре. Тоже конец XVII века.


Вид на Александровский монастырь через небольшой пруд у Покровского монастыря

До Александровского монастыря я нынче не добрался, да в нём и нет ничего интересного, кроме шатровой колокольни. Берегом Каменки я дошёл до Тихвинской церкви на тихой нетуристической улице Шмидта. Какой Шмидт имеется в виду – папа Шуры Балаганова или академик-полярник – осталось неизвестным. Может, и канцлер ФРГ в 1974-1982 годах; чем чёрт не шутит.


Храм во имя Тихвинской иконы Божией Матери

Вроде бы примерно всё то же самое (да, это всё тот же конец 17-го века или даже начало 18-го), но одноглавый четверик на пригорке выглядит куда элегантнее. Даже снесённый притвор портит вид лишь зияющей заложенной аркой, но не фактом своего отсутствия. Состояние, как видите, в целом весьма упадочное. Церковь недействующая.

Ближе к центру по улице Шмидта – ещё один дуэт.


Летняя Богоявленская (1781) и зимняя церковь Рождества Иоанна Предтечи (1739)

Колокольня Предтеченской церкви имеет расширяющийся книзу шатёр «дудочкой», характерный для Суздаля. И, наверное, только для Суздаля. Около неё я побывал, но снимок издалека с Преподобенской колокольни (о ней в следующий раз) оказался удачнее. С земли хорошо уместить обе церкви в кадр не получается.

И завершая на сегодня церковную тему. До маньеристской Ильинской церкви со сложной формы колокольней я тоже не добрался, но видел её неоднократно из разных мест. Она так удачно стоит на высоком берегу Каменки и краю Ильинского заповедного луга, что её ничто не заслоняет.


Церковь Илии пророка (1744)

Туристическая мекка по-русски

Гулять по Суздалю приятно. Это спокойный и симпатичный малоэтажный городок. Почти деревня. Именно такой хочется видеть тихую провинцию, но такой её мало где помимо Суздаля увидишь. Благополучной. В Суздале нет типичной для глубинки запущенности. Заброшенные дома есть, но их немного, и погоды они вовсе не делают. Обычно глаз ласкают картины если не достатка, то хотя бы ухоженности. Стремления сделать не столько дорого-богато (при существующих в исторической части города ограничениях сильно всё равно не разбежишься), сколько оригинально и симпатично.


На улице со звучным названием Бамбуриха

Цены на недвижимость в Суздале умеренными на назовёшь. Средняя стоимость квадратного метра в маленьком райцентре выше, чем во многих региональных центрах Европейской части. А дома зачастую немаленькие, так что полная стоимость жилья выливается в миллионы, в центре сопоставимые даже со стоимостью московской квартиры. Тяги к дорогим машинам я при этом у суздальцев не отметил. Около красивого дома запросто может стоять вазовская «классика».


А может и что-нибудь… скажем, винтажное

Это дом резчика по дереву Привезенцева в Запрудном переулке. Думаю, 21-я «Волга» тут больше для антуража, чем ездить в булочную. Сам дом не лавка и не гостевой дом. В нём просто живут. Место, впрочем, оживлённое (возле популярной Скорбященской церкви). Но даже мало посещаемые гостями города уголки, где нет ни местных знаменитостей, ни богатеев, выглядят достойно.


Та самая улица Шмидта

Только туристическими деньгами и приказами властей это не обяснишь. Ничего бы не вышло, кабы сами горожане не блюли свою селитьбу, не стремились поддерживать её в пристойном и комфортном для жизни виде.


Иногда результат усилий по наведению красоты оказывается
далёк от эстетического идеала, но люди стараются

Да, городским властям нужно отдать должное. Миллиарды на плитку и ежесезонное перекладывание бордюров здесь не тратят. И тротуары есть далеко не на каждой улице – при неинтенсивном дорожном движении это не составляет большой проблемы. При этом асфальт почти везде ровный. Так что на «классике» ездят не по причине «убитости» дорог.

Много на улицах Суздаля полукаменных домов.


Улица всё того же Шмидта, 5 (возле Предтеченской церкви)

«Объекты туристической инфраструктуры» зачастую отличаются от обычных домов только размерами. Да и то не всегда (вспомним про ограничения).


Гостевой дом «Стромынка» на одноимённой улице

Про Стромынку говорят, что это «улица, которая начинается в Москве, а заканчивается в Суздале». Что вполне верно. Обе улицы (московская и суздальская) – реликты Стромынского тракта, известного с незапамятных времён, но позднее утратившего значение в пользу знаменитой Владимирки. Назван он по селу Стромынь, через которое я проезжал по пути из Москвы в Кольчугино. Через него ныне проходит региональная автодорога, которая в черте села называется Большой Стромынкой.

И чтобы не писать картину исключительно в сусально-розовых тонах :).


Есть, есть и мусорок, и бесхозность. Куда ж без них в России?

Но то лишь ложка чего-то невкусного, которая не портит бочку удовольствия от Суздаля. Не знаю, как тут зимой, а летом просто отлично. И немного жаль, что лето заканчивается. Птицы (много галок) уже по-осеннему собираются в огромные стаи, вечерами летают тучами над бесчисленными крестами на высоких главах и галдят, будто недоумевая, куда это солнце собралось в такую рань.

Попробовал перед закатом сходить к Спасо-Преображенскому монастырю (благо, от гостиницы недалеко), но ничего интересного в плане съёмки не вы́ходил.


Мостки под монастырскими стенами

< Юрьев-Польский Суздаль-2 >

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *