28 апреля 2018 (суббота). Брешелло

Мост вздохов

Наверное, синоптики намеренно преувеличивают вероятность дождя. По себе знаю: впустую потаскать зонт куда менее досадно, чем сурово вымокнуть без оного. То есть они хоть и лукавят, но из лучших побуждений.

Чуть слукавил и я, сказав, что на Парму у меня всего один день. На самом деле одну достопримечательность я умышленно оставил на утро второго дня. Поскольку от прочих она сильно в стороне, а по дороге на вокзал сюда заглянуть – крюк невеликий.

Это мост. Через торренте Парма, разумеется, поскольку других протяжённых водных препятствий в городе не имеется.


Ponte Europa

Мост действительно изогнутый, это не оптическое искажение. В 2012 году сие произведение архитектурной мысли открыли с большой помпой и воздушными акробатками. Но вскоре иронично прозвали «мостом вздохов». Потому что, во-первых, он оказался не очень-то востребован.


Машины тут ездят, но довольно редко

Для тоже очень немногочисленных пешеходов мост куда полезнее (всё же 400 метров до другого моста на своих двоих куда заметнее, чем на машине), но на пешеходный мост потратить 25 миллионов евро – это как-то чересчур. И это во-вторых. Отбивать затраты предполагалось за счёт сдачи внаём коммерческих площадей в крытой части моста. Но при таком трафике потенциальные арендаторы отчего-то не побежали наперегонки занимать свободные места. На данный момент вся постройка пустует. Как тут не вздыхать?

Виа Бреннеро на правом берегу тоже немноголюдна: это малоэтажный жилой район. Зато здесь много маков. Крупных и ярких. У нас не такие. Да и в природе средней полосы не очень-то они встречаются: всё же цветок, скорее, степной.

Однако название улицы опять заставило вспомнить про Южный Тироль, где я не бывал уже давненько. Даже рассматривал вариант заскочить туда, но потом рассудил, что с учётом остальной программы это будет чересчур. Вполне здраво рассудил, как потом понял.


Безымянная площадь к северу от вокзала

На итальянском вокзале доступ к платформам обычно через подземный туннель. В Парме пошли дальше – построили двухэтажный конкорс, обыграв ещё и перепад высоты на местности (откуда тут рельеф, казалось бы).

Вокзал получил существенную прибавку коммерческой площади (в данном случае вполне востребованной) и второй выход на другую сторону железной дороги. А я – повод учинить розыск, откуда же тут отправляется автобус в Брешелло. Вообще, туда есть железная дорога, но как раз участок от Пармы до Брешелло уже не первый год закрыт. И непонятно, когда снова заработает.

Спрашивать у пассажиров, где останавливается этот подменный автобус, не столько даже бесполезно, сколько вредно. Очень уж ненадёжный источник знаний. Но мне опять повезло. Поскольку я зашёл не со стороны старого вокзала, а с севера, то увидел указатель на… автостанцию. Я и понятия не имел, что тут есть такое учреждение! Автобус уже стоял там у платформы, и мирно отдыхающий рядом водитель подтвердил, что да, отправление именно отсюда примерно через полчаса. Я довольно большой запас времени оставил на краеведческие изыскания; это мне просто повезло, что я так быстро управился. Так что мог ещё, скажем, спокойно купить билет на завтра в Верону. Это тоже не помешает, поскольку билетные автоматы «Трениталии» – довольно коварные существа. Они могут прятаться в тёмных закоулках станции, когда нужны срочно. Или собрать большую очередь, когда у тебя поезд через 2 минуты. Наконец, с них станется выкинуть какой-нибудь фортель уже в процессе покупки. Так-то они хорошие, конечно; просто, бывает, на них находит, и они решают немного покуражиться над наивным туристом. Даже над не очень наивным. Поэтому лучше сыграть на опережение.

Ещё вчера обратил внимание на одну странность Пармы. То есть я её не сразу заметил, потому как давно в Италии не был, а на фоне Венеции это не бросается в глаза. Но к вечеру (конец 3-го дня, как и положено) я осознал и прочувствовал, что я уже в Италии, то есть всё в порядке. Я расслабился, и мои глаза раскрылись. Короче говоря, здесь очень мало (по итальянским меркам, конечно) мотороллеров. Зато много велосипедов. Город-то плоский, это сильно упрощает жизнь велосипедистам. Но, скажем, в Милане, который тоже весьма ровный, что-то не припомню такой любви к педалям. Может, это достижение последних лет. Экология, здоровый образ жизни и всё такое. На площади Гарибальди (это где золотой шар), например, была здоровенная стоянка этих самых велосипедов. Будто тут тебе не Италия, а Южный Тироль какой.

У вокзала же обнаружилась аж целая чиклеттерия. Там можно за скромную плату (15 евро в месяц, 160 за год) держать свой велосипед, если коридор и балкон чем-то не устраивают. Либо взять напрокат. Либо поремонтироваться (на месте есть механик).

За культурологическими наблюдениями чуть не опоздал на автобус. Показываю купленный вчера билет водителю – он долго что-то объясняет, но понять получается только отдельные слова. Но его сомнение в том, что вот по этому можно ехать, читалось явственно. Всё же решительно отказать он не был настроен, так что сошлись на том, что если будет контроль, то это моя проблема. Такой расклад меня вполне устраивал. У итальянских контролёров есть минимум два достоинства. Во-первых, это в основном милейшие и лояльные к туристам люди. Затупить иностранцу не зазорно, и за это, скорее всего, не накажут, если нехорошего умысла ты явно не питал. Во-вторых, контролёры – это очень редкие люди. В смысле, встречаются редко :).

По дороге на окраине заприметил огромную фабрику Barilla. Не токмо ветчиной и моло́чкой пробавляется Парма. Уже дома посмотрел на коробку купленных в близлежащем «Ашане» спагетти – в самом деле, произведены в Парме. Но у них уже и в Подмосковье есть производство, так что при покупке лучше смотреть, что берёшь. Не то чтобы я считал отечественные макароны (сделанные, теоретически, по итальянской технологии) заведомо хуже оригинальных. Но всё же кажется, что в настоящей итальянской пасте – даже в таком, прямо скажем, ширпотребе как Barilla – есть что-то особенное, отличное. Исходные продукты – мука и вода – во всяком случае, тут точно другие.

Маленький мир

Брешелло – посёлок в Эмилии почти что на берегу реки По. 5 тысяч жителей, статуса города не имеет. Это и по гербу видно: положенной городу короны нет. Изображённой на гербе башни тоже на самом деле нет. Не знаю, куда дели. По большому счёту, тут нет вообще ничего выдающегося, и Брешелло был бы совершенно непримечательным местом, кабы не происходило в нём действие фильмов о приходском священнике доне Камилло и его заклятом друге – мэре-коммунисте Джузеппе Боттацци по прозвищу Пеппоне.

Фильмы эти довольно старые, ещё чёрно-белые. Я посмотрел их все… и не по разу. Не только картины бытия послевоенной Италии меня так увлекли, но и какая-то особая доброта этих в основном незамысловатых житейских историй. Ведь идеологически непримиримые противники и соперники в борьбе за умы и души жителей городка палки в колёса друг другу вставляли порой весьма занозистые, но никогда не опускались до вражды. И всегда прощали и находили решение на пользу всем. Потому что действительно любили свой посёлок, живущих в нём людей и всю эту землю, которую автор дона Камилло и Пеппоне – Джованнино Гуарески – назвал Маленьким миром. И было невозможно не захотеть увидеть своими глазами это место, посмотреть, как тут живут сейчас «потомки» литературных героев. Точнее, героев киношных, поскольку в рассказах-то место действия никак не названо, а поименованные соседние населённые пункты вымышлены.

Поэтому я и оказался в Парме, которая сама по себе не так уж сильно меня интересовала. Но это один из двух крупных городов, откуда удобно добираться до Брешелло.

Увы, ехать от Пармы на поезде, как это делали герои Гуарески, мне было не суждено. С другой стороны, автобусов тут тогда вообще не было; а то, может, они бы не прочь. Из моего автобуса часть пассажиров сразу отправилась на поезд, чтобы ехать дальше, в Судзару (а там и до Мантуи рукой подать).


Поезд местной компании Ferrovie Emilia Romagna


Станционное здание


Примерно тот же вид в фильме 1952 года

Кое-что поменялось. Вместо увитой зеленью будочки и колонки появился тупиковый путь. Но деревянные жалюзи на окне, кажется, те самые. Только очень много повидавшие за минувшие годы.

Раз с торжественной встречей мне не подфартило, пойду в центр (если можно так выразиться про посёлок, который за 15 минут неторопливо проходится из конца в конец).


Главная городская площадь – Пьяцца Маттеотти


В фильме 1965 года

О, ещё интереснее: здание за памятником перестроено! Но оно всё равно тут не главное. Доминанта площади – стоящая напротив него церковь Рождества Девы Марии.


Chiesa di Santa Maria Nascente (1837)

Свет неудачный, но лучше не будет. Неправильная тут ориентация у церкви: фасад смотрит на север. И да, это та самая церковь в которой «служил» дон Камилло. И та самая колокольня, с которой связано множество событий фильма. Но сейчас внутри идёт служба. Ладно, думаю, не убежит. Однако убежала. Когда я позже вернулся на площадь, церковь закрылась на обед. Так я и не посмотрел на то самое «говорящее» распятие, с которым дон Камилло постоянно общается в фильмах.

Ещё одно важное во всех смыслах здание на площади – муничипио (мэрия).


В фильме 1961 года

Тут почти ничего не поменялось. Разве что толкутся сегодня перед ней в основном туристы, а не изображающие политически активных местных жителей актёры. Да-да, Брешело ещё как популярен. Для итальянцев фильмы про Дона Камилло – важное культурное наследие; что-то вроде наших фильмов про… Тут я задумался, поскольку более-менее прямую аналогию подобрать никак не получалось. Не снимали у нас подобных фильмов про отечественную глубинку. Короче говоря, далеко не мне одному захотелось тут побывать.


Памятник Пеппоне (в исполнении актёра Джино Черви) у входа в муничипио

Итак, в отличие от «реакционера» дона Камилло, компаньо Боттацци – убеждённый коммунист. Более того, сталинист. Даже после XX съезда КПСС его рабочий кабинет украшает портрет Сталина (портрет Тольятти тоже есть, но расположен ниже и в несколько раз меньше). Да и усы о многом говорят. Но всё же он итальянский коммунист: прежде всего итальянец, и только потом коммунист. Например, у него собственная авторемонтная мастерская. То есть с пролетариатом он имеет довольно мало общего. И не представляет, что его ребёнок не будет крещён в церкви (причём непременно доном Камилло), хотя назвать сына поначалу хочет Лениным.

Если вдруг прежде не было очевидно, что фильмы про дона Камилло относятся к жанру комедии, то теперь уже ясно, наверное. Самого приходского священника (а позже даже немного монсиньора) сыграл великий французский(!) комик Фернандель. Когда он серьёзно заболел в 1970-м году, последний фильм серии так и остался недоснят. Позже его пересняли с другими актёрами (и даже не в Брешелло), но тот фильм не получил большой известности. Потому как без харизмы Фернанделя представить истории про дона Камилло стало невозможно. Я попытался смотреть – вообще «не пошло́».


Памятник дону Камилло близ церкви

Что ж, как ни крути, он главный герой, и ему достаётся куда больше внимания, чем Пеппоне. Хотя условия для съёмки тоже не ахти: как и церковь, памятник обращён к северу.

Это именно тот случай, когда кино создало с нуля всю славу места. Историей оно не так чтобы совсем обделёно, но нет вовсе ничего такого, ради чего сюда стоило бы приехать. Кроме дона Камилло и Пеппоне.


Музей, созданный в 1989 году

Заходить в музей я не собирался. Не за этим приехал, да и, как мне показалось по их сайту, для него нужно быть более погруженным в итальянскую культуру, чем я мог бы это сказать про себя. Хотя у сайта даже русская версия есть. Забавная такая: менюшки кривенько переведены на русский, а всё остальное на английском. Предложить им перевести тексты, что ли…

Добавлено позже. Я предложил, но ответа на письмо так и не получил. Ладно, дело хозяйское.

Плакат с Хрущёвым на стене музея относится к пятому фильму серии, в котором Пеппоне и дон Камилло вместе поехали в Советский Союз. Да-да, и такой сюжетный поворот с ними приключился. В настоящем-то Советском Союзе даже первые фильмы не показывали по понятной причине: карикатуры на коммунистов, даже итальянских, не приветствовались. А уж пятый фильм – вообще отвязная клевета на советскую действительность. Но не без симпатии к России, между прочим. В Италии вообще считается хорошим тоном любить Россию.

И ещё о карикатурах.


Граффити из фильма 1961 года, высмеивающее одну из местных жительниц


Кадр из фильма

Памятники – они и такие бывают. Но этот прячется себе тихонечко за углом, в то время как другой неожиданно торчит прямо посреди улицы.


M26 Pershing

В Италии не принято ставить танки на улице. Свои – как-то повода нет; американские – непатриотично. В данном случае американский танк времён второй мировой своим появлением опять же обязан одному из сюжетов фильма: коммунисты «на всякий случай» сохранили брошенный американцами танк, из-за чего весь посёлок оказался в опасности. Но в фильме был использован другой танк – M24 Chaffee.


Кадр из фильма 1955 года

Но даже танк – это ещё не край. В парке имени писателя Джованнино Гуарески стоит аж целый паровоз – вроде, идентичный тому, что появляется в фильмах. То есть, скорее всего, он действительно работал на этой дороге.

Однако, любят итальянцы воткнуть паровоз в кустах в неожиданном месте. У нас-то их всё как-то больше у вокзалов ставят. Хотя в Кирове, помнится, есть один довольно далеко от железной дороги.

Большая река

Важную роль в рассказах про Брешело играет По – «Большая река». Она и «самая лучшая в мире река», и источник беды. Один из сюжетов второго фильма – реально случившееся в 1951 году в низовьях По катастрофическое наводнение.


Дамба, за строительство которой герои фильма выступали для разнообразия единым фронтом

И хотя По я уже видел не раз (даже не считая проездов над ним по мосту), не прогуляться до реки было бы политически ошибочно. Потом, если не ходить в музей, делать тут всё равно больше нечего.

Это, конечно, ещё не По. Сначала я подумал, что это какой-то застойный затон: видите, как цветёт? Но оказалось, что это торренте Энца; стока в нём в это время становится мало, поэтому течения почти нет. А русло наполнено, потому что По уже рядом. Симпатичный такой пейзажик; рекреационно-располагающий, не правда ли? :) Но на берегу стоит знак, купаться запрещающий. Человек в своём уме и так не полезет, мне кажется, а маньяку знак не указ.

Дальше вдоль берега торренте идёт симпатичная дорожка, постепенно переходящая в тропу.


Этих лесопосадок во времена дона Камилло, пожалуй, ещё не было

В полдень зазвонили колокола. Красиво… и как-то знакомо. А я ведь уже в километре от церкви был. Слышно отлично даже в лесочке.

А вот и По. Здрасте, давно (с 2014 года) не виделись!


Устье Энцы

Тут я опять решил поснимать видео. Со всеми теми оговорками, что и в случае венецианской уточки.

Красота же! Солнышко, тепло, природа, ветерок пахнет луговыми цветами и лесом, птички поют! Это сейчас, в 30-градусную июльскую жару, когда я это пишу, многое кажется в порядке вещей. Но тогда кировские сугробы были ещё очень свежи в памяти. Я ведь только четвёртый день как из них выбрался.

Ещё километр по берегу – и пожалуйста, мост. За границу, в Ломбардию :).


Построен в 1965-1966 годах. Никак не называется

До этого тут существовал наплавной мост, который не раз появляется в фильмах.


Кадр из фильма 1955 года

Такой мост требовал серьёзного пригляда, чтобы он сохранял целостность и никуда не уплыл. А иногда нужно было пропускать проплывающие по По суда (к счастью, речная навигация никогда не была особенно развита в Италии). Этим занималась целая команда pontieri – «мостовиков». В память об их работе и о мосте, существовавшем более 100 лет (окончательно ликвидировали его в 1967 году) тут открыт (иногда) музей Casa dei Pontieri.


Это его часть, показывающая как был устроен наплавной мост.
Всего он держался на 92 плашкоутах (в фильме показаны немного другие)

Музей этот состоит при гостиничке с баром. Что было очень кстати: как-то умаялся я по жаре-то с непривычки, и хотелось чего-нибудь более освежающего, чем согревшаяся в бутылке вода.

– Мне бы, – говорю, – чего попить холодненького.
– Пива?
– Нет, что-нибудь безалкогольное. (В итальянском для таких напитков есть специальное слово – bibita.)
Бармен только пожал плечами:
– Вон холодильник, выбирай.

В приличном итальянском баре тебе выбранный напиток перельют в стакан и даже предложат льда. В неприличном – просто дадут трубочку. Этот был приличный :). Кстати, это уже не Брешелло, а соседняя коммуна Боретто.

Обратно я решил возвращаться по дороге, а не по берегу. Посмотреть, как тут люди живут. Ну что сказать… хорошо живут.

Некоторые – даже очень хорошо.

Пишут, что почвы тут не очень плодородные, но определённо это обильная земля, которая щедро воздаёт тем, кто трудится на ней. Чтобы далеко за примерами не ходить, тут у каждого пейзанина в гараже «ламборгини» стоит. Не верите? Я и доказательство припас.


Доказательство

Кстати, честно попросил разрешения сделать снимок: синьор ламборгинивладелец уже закрывал гараж. Он как-то даже и не удивился. Хотя вряд ли там туристы каждый день пешком мимо ходят и ламборгинями интересуются.


< Парма Реджо-Эмилия >

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *