15 марта 2018 (четверг). Потому что оно Ханты

Сибирская троица

Как известно, бог троицу любит. Но не только он. Если не углубляться в юнговские теории о символизме и прочих архетипах, 3 – просто очень популярное число. Возьмём, скажем, герб города (справа). 3 снежинки, под ними 3 ёлки… Да, это именно 3 ёлки, просто 2 из них с местной спецификой – в виде чумов (так в официальном толковании герба написано). И никакого религиозного мистицизма, заметьте.

Кстати о борцах с опиумом для народа. Накануне как раз случилось 125-летие со дня смерти Карла Маркса. А к 30-летию этого события (т.е. 95 лет назад) Ленин написал статью «Три источника и три составных части марксизма». Я ещё застал её изучение в школе. Так вот, Ханты-Мансийск похож на марксизм. У него тоже есть три источника, о которых я сегодня расскажу. И три составных части на карте просматриваются: историческо-речной юг, современно-центральный север и лесная зона (где стадион) между ними.

Первоисточник

Первый источник Ханты-Мансийска – Самаровский ям, устроенный на берегу Иртыша в первой половине XVII века. Город Самара тут ни при чём, название пошло от полулегендарного местного князька Самара, убитого казаками Ермака (согласно письменным показаниям неизвестного автора Кунгурской летописи) 30 мая 1582 года. Это если я правильно пересчитал дату от сотворения мира.


Самарово – современный район Ханты-Мансийска

Вообще, Средне-Обская низменность, где находится Ханты-Мансийск, очень плоская. Я на подлёте понаблюдал за бесконечно ветвящимся и петляющим руслом Оби. Так бывает, когда уклон местности незначительный, и воде почти всё равно, куда течь. Возвышенность Самаровский чугас (с которой я и снимал панораму Самарова) – одна из немногих окрест. Во многом благодаря ей тут и биатлон появился, поскольку достойная гоночная трасса требует какого-никакого рельефа. Кроме того, она создаёт естественное препятствие для Иртыша, которому приходится описывать живописную петлю вокруг Ханты-Мансийска, чтобы впасть в Обь километрах в 20 ниже.


Самаровский чугас (фрагмент)

Около пирамидального «обелиска» как раз и находится пятачок с панорамным видом Самарова.


«Памятный знак первооткрывателям Сибири» (2003)

Раньше внутри были ресторан, музей и смотровая площадка, но с 2012 года пирамида закрыта «на ремонт».

С холма можно спуститься вниз в Самарово по вполне благоустроенной (даже зимой) дорожке, и там встречает ещё один памятник на ту же примерно тему.


Памятник основателям города (2010, скульптор В. Мосиелов)

На переднем плане казаки Иван Мансуров и Никита Пан, которые завоёвывали Сибирь для Русского царства.

Позади них как-то неприкаянно маячит князь Самар собственной персоной.


И беспомощно разводит руками: убили, мол, меня

Условия для съёмки, прямо скажем, так себе. Табличка у памятника гласит: «С этих берегов Иртыша в XVI веке началось открытие и освоение Сибири Российским государством». Что есть некоторое художественное преувеличение. Ермак Тимофеевич всё же сначала разгромил сибирского хана Кучума южнее и только потом отправился вниз по Иртышу на север.

Находящаяся по соседству с памятником Покровская церковь – новодел 2001 года, построенный на старом фундаменте начала XIX века.

В церковном дворе из сугроба торчала верхушка чего-то очень напоминающего надгробие. Что может быть уместнее, чем захоронение у церкви, казалось бы? Но имя светлейшего князя на граните создавало лёгкий когнитивный диссонанс :). Когда Настя немного разгребла снег, всё стало на свои места. Никто тут не погребён, кроме здравого смысла.

Удивительно: ну кому и зачем уже в наши дни (орфография-то современная) понадобилось увековечивать (да ещё в надгробной стилистике) такое важнейшее историческое событие? Я доискался. Оказывается, в Питере то ли было, то ли до сих пор есть «Общество князя Меншикова» – они и расстарались в 1997 году. О том, останавливался ли светлейший князь в Самарове по пути в берёзовскую ссылку и совершал ли тут молебен, на самом деле вообще ничего не известно. Чистой воды домысел.

Следующая самаровская достопримечательность – ледяной городок.

Да-да, целый городок с домами, скульптурами, аттракционами и даже забором (тоже ледяным, между прочим). И с правилами поведения.

Мне-то казалось, что правила – это прежде всего про то, как поступать надлежит. Ведь «правило» от слова «право», то есть «правильно». Скажем, правила проведения биатлонных соревнований. Или правило буравчика. Или даже Правила дорожного движения – они именно такие. Но «на ледовом городке» почему-то все правила – это перечень запретов. Или перечень хороших идей для индивидов с антисоциальными наклонностями.

Мы за отсутствием таковых наклонностей ничего нарушать не стали.


Это Настя в новой куртке, если вдруг кто не опознал

Не знаю, насколько местные жители соблюдают все пункты, но, по крайней мере, никаких следов вандализма не было. Ханты, как пишут – вообще довольно спокойный и безопасный город. И все сооружения ледяного городка в прекрасном состоянии. Чтобы сохранять лёд в прозрачной чистоте (если нападавший снег примёрзнет, красота сильно пострадает), за ним тщательно ухаживают.

Кстати, там на снимке виднеется ледяная рама – по периметру городок украшен картинами местности разных лет.


Снимок Самарова с холма, сделанный до 1930-х годов

Кстати о местных жителях. Рождать собственных Платонов югорская земля тоже вполне себе горазда. Один из них, Хрисанф Мефодиевич Лопарев, присутствует поблизости в бронзовом виде.


Скульптор А. Н. Ковальчук (автор «Семьи хантов…»), 2010 г.

Лопарев – известный в своё время (конец XIX – начало XX века) учёный – географ и историк. Главным образом его интересовали русско-византийские отношения. Подвизался по большей части в Петербурге, но и о малой родине он не забывал. Написал первую книгу об истории Самарова.

Ещё одно важное во многих отношениях место в Самарове – вокзал. Нет, железной дороги здесь не имеется. Вроде есть планы строительства ветки до Хантов, но что-то я в их реализацию слабо верю: не очень-то тут «железка» и нужна. Существующий вокзал – совмещённый речной и автобусный.


Здание построено в 2000-х годах (точнее не нашёл)

Навигацию мы по вполне очевидной причине не застали, но в тёплое время года пассажирское сообщение очень даже действует. На что намекают в изобилии водящиеся в окрестностях предметы корабельной тематики.

Этот памятник – немного переделанная в 2009 году корабельная шлюпка. Его «парус» – по́лки, на которые летом ставят ящики с цветами. Красиво, наверное, получается.


Подарок речникам «Северречфлота» к профессиональному празднику от жителей посёлка Урманный

Посмотрел я, где этот посёлок Урманный. Неудивительно, что они к речникам со всей душой: сухопутной дороги туда нет совсем. Может, разве зимник.

При взгляде на бронзовую фигуру девушки почему-то сразу вспомнился Грин. Который Александр, конечно. Видимо, не у меня одного такая ассоциация, потому что народное название скульптуры – «Ассоль». Официальное – «Прощающаяся славянка».


И даже столики у закусочной вполне «в стиле»

Насмотревшись на Самарово, но так и не найдя тут нормального кофе (мода на этот заморский напиток, заведённая на Руси Петром I, до здешних мест пока что не дошла), мы отправились дальше. Нет, не на стадион. Сегодня мы туда вообще не собирались. За всю историю поездок на Кубок мира у нас ни разу не случился свободный от гонок день. А на Кубке IBU нам выпал выходной.

Ханты и манси

Второй источник Ханты-Мансийска – город Остяко-Вогульск, центр учреждённого в 1930 году Остяко-Вогульского национального округа. Остяками тогда называли хантов, а вогулами, соответственно, манси. Нынче округ официально называется ХМАО–Югра.

С хантами, так уж получилось, я прежде уже познакомился, поскольку как-то раз мне довелось побывать на Полярном Урале, где они до сих пор кочуют летом с оленьими стадами.


Даже чай в чуме пил (2004 год)

Так что не очень опечалился тем, что в Ханты-Мансийске нам познакомиться с этим типом жилища коренных малочисленных народов не довелось.


Сугроб вместо чума

Это в этнографическом музее под открытым небом «Торум Маа» такие сугробы водятся. По дороге туда весело пообщались с водителем такси. Он этнический азербайджанец, но родился и вырос здесь. Зиму любит (а как тут жить, если не любить её, когда она полгода продолжается?), но на длительный недостаток солнца всё же посетовал. Рассказывал, как он собрался сходить в лес во время посещения «исторической родины», экипировавшись на сибирский манер и тем немало удивив тамошних родственников. Летом тут, кстати, есть напасти похуже снега и лёгкого морозца. С северными насекомыми я тоже имел «удовольствие» познакомиться. Повторять такое не хотелось бы.

Кроме сугробов, тут имеется настоящее языческое капище. Собственно, территория музея – это один из священных холмов обских угров. Если что, угры – это не родственники огров, а название для трёх народов, когда-то говоривших на одном языке: хантов, манси и… венгров. Ага, тех самых, мадьяров. Проблема нелегальной миграции в Европе – она, в общем-то, не нова :).


Идолы (автор Г. С. Райшев)

Истуканы современные, однако святилище вполне «действующее», это не имитация. Тут поклоняются духу верховий Оби. Собственно, «торум» – это и есть дух в местных угорских языках. «Маа» – земля. Название музея, таким образом, переводится как «земля духов». Духам положено приносить пожертвования. Местные сверхъестественные сущности предпочитают что-нибудь красивое, поэтому им дарили ленточки, шкурки животных, иногда изделия из драгоценных металлов. Так что ёлки поблизости густо увешаны тряпочками. Полагаю, не только от закоренелых угорских язычников. Турист – он ведь так устроен, что если где-то видит лоскутки, то ему непременно надо что-нибудь от себя привязать. Не вникая в смысл происходящего. В этом я ещё в Киеве убедился. А туристов тут хватает; только при нас целый автобус привезли из какого-то соседнего нефтяного города. Даже иностранцы не в диковинку. То, что ношение креста на шее входит в явное противоречие с языческим жертвоприношением, никого не смущает.

Ещё при святилище положено быть священному лабазу.


Священный лабаз (1987, автор Н. Л. Волдин)

Конкретное предназначение этого сооружения мне осталось неведомо, но оно точно именно для духов. Наверное, они запас духовности там хранят. Обычный человеческий лабаз – побольше и на 4 столбах.


Лабаз северных манси (2000 г., автор не указан)

Не обойдена стороной такая важная часть быта коренных народов как охота. Приспособления для неё представлены в ассортименте, способном повергнуть в депрессию защитника прав пушных зверьков, которые в этих ловушках умерщвляются не самым безболезненным способом. Так уж от века повелось.


Черкан на горностая (2016, автор В. Ю. Кондин)

По сути, это капкан. Если вы человек впечатлительный, то лучше даже не думать о том, как эта штука работает.


Кулёма на медведя (2006, автор А. Е. Кунин)

Не знаю, насколько музейной можно считать мишень, составленную из 9 торцов бруса, поскольку она явно периодически используется по прямому назначению. Судя по следам, для метания ножа.

С другой стороны, у нас в Италии античные театры тоже частенько используются по прямому назначению, и это не мешает им быть музейными объектами.

Ведь даже гонок сегодня нет, а пойдёшь в музей – и там тебя мишень настигнет. Да и вообще про биатлон в городе забыть не дадут. О нём напоминает каждая вторая городская скамейка.

И ещё о меховых животных. Когда мы двинулись дальше изучать город, на нашем пути нарисовалось мохнатое и очень общительное создание.


Собака-обаяка


Дима с собачкой

Углеводороды и металлы

В городе есть несколько пристойных столовых, одну из которых мы опробовал ещё вчера утром. Но «Назымчанка» всё же не совсем удобно расположена. Так что обедать мы отправились в «Ассорти» – это куда центральнее. Тем временем подошёл час женского спринта в Холменколлене. Кубок мира-то не остановили из-за того, что мы поехали в Ханты. Вот и крутись как хочешь: и с городом познакомиться охота, и гонку не пропустить. Мы больше на город упор делали: гонку можно и потом посмотреть, а Ханты-Мансийск нам вряд ли повторят. Выходим из столовой – там кафе-бар. И телевизоры висят – смотрим, трансляция уже начинается. «О, – говорим больше в шутку, – тут-то мы и останемся!» Но сотрудники восприняли наши слова как-то очень серьёзно. Посадили нас как дорогих гостей за удобный стол (где сквозняка нет), включили трансляцию на экране напротив. Извинялись, что не могут дать звук, чтобы не мешать другим дорогим гостям, но слушать Губерниева мы не очень-то и стремились. Так у обеда спонтанно получилось продолжение с гонкой и вкусными напитками. Трое в двадцатке – по нынешнему сезону результат отличный. Двое мимо преследования – привычный.

А потом, конечно, пошли гулять дальше, пока светло. Точнее, до мужского спринта.

До второй половины 1990-х Ханты-Мансийск оставался непримечательным городком, застроенным утилитарными зданиями и бараками в 1-2 этажа. Последних и сейчас немало осталось, хотя часть реконструировали. Заслуга А. В. Филипенко (почему его и помнят добром) состояла в том, что он как бы заново создал город – превратил его в культурный центр, известный далеко за пределами региона. Строить-то всё равно нужно было: за последние 20 лет население города выросло почти в 3 раза (сейчас оно вплотную подобралось к 100-тысячной отметке). Но строить можно по-разному. Ханты-Мансийск стал не просто больше, но прекраснее; обрёл собственное лицо.

Конечно, это требовало средств. Так что третий источник Ханты-Мансийска – НДПИ (налог на добычу полезных ископаемых). Проще говоря, нефтедоллары. Именно на них построен современный центр города. Там немало интересных и оригинальных зданий, но я всё же не уделил им достаточного внимания, чересчур увлёкшись малыми формами. Их проще снимать.

Например, на Центральной площади (название верно отражает суть) обнаружился ледяной городок побольше самаровского.


Там даже был ледяной лабиринт

Рядом не без опаски опробовали ледяную горку сербы. Снег-то в Сербии бывает, но строить изо льда серьёзные сооружения – занятие бесперспективное. Так что молодым спортсменам, мало поездившим по миру, такое, видимо, в диковинку.

Ещё в центре положено быть пафосным памятникам, и их тут есть.


«Символ Югры» (2005)

Снимок и так неудачный, а тут ещё сугроб в кадре совсем некстати, но сгрести снег именно сюда было не моей идеей.

Памятник погибшим в локальных конфликтах (2012 г.) у Парка Победы, конечно, тоже пафосный, но это какой-то ненашенский пафос. Он ближе к итальянскому, где павших принято изображать в жертвенно-страдальческих позах. Ничего не имею против; меня другое насторожило.

Хотя на сайте ханты-мансийских городских властей (откуда я черпал информацию о памятниках) написано, что памятник бронзовый, его вид заставляет заподозрить имитацию. Ненатуральный он какой-то. Так же выглядят поделки, что продаются в сувенирных магазинчиках. Но наверняка не знаю; не пощупал. А довольно правдоподобно выглядящий издалека «гранит» – это уже точно голимый ламинат.


Цоколь – тоже и близко не чёрный мрамор

Справедливости ради, эта халтура – исключение из общей картины. В основном городская скульптура Хантов вполне долговечная и износостойкая.

Обязательного советского памятника автору статьи про «три источника» у здания местной власти в Ханты-Мансийске нет. Он там был, конечно, но теперь стоит на территории какого-то предприятия. Так что его мы даже не видели. Другой же обязательный памятник – Пушкину – осмотрели. Здесь он выполнен в варианте «третьим будешь?»


«Пушкин и Натали» (2007, скульптор всё тот же А. Н. Ковальчук)

Наталия Николаевна прямо-таки приглашает присесть рядышком (если охота сидеть зимой на холодной бронзе), будто компания супруга ей наскучила. Или ей не нравится, что Александр Сергеевич смотрит не на неё, а на женщину на другой стороне улицы Мира.


Сюда он смотрит – «Золотая богиня» (2014)

Берёзки, на фоне которых Пушкин разглядывает богиню – это парк имени Бориса Лосева. Кто такой этот Борис, оказалось не так-то просто выяснить. Но всё довольно просто. Это герой-комсомолец, погибший в гражданскую от рук белогвардейских бандитов. Или же большевистский прихвостень, по заслугам получивший от героев-патриотов :). Парк, во всяком случае, очень красивый. С прекрасным фонтаном зоологической тематики, который у меня совсем не получился. Да и не сезон нынче для фонтанов-то.


В парке им. Б. Лосева

Вообще, разнообразной уличной скульптуры (парки не в счёт) тут столько, сколько я, пожалуй, прежде нигде не видел. В центре одну композицию от другой отделают лишь десятки метров. Скажем, на улице всё того же Карла Маркса расположены 4 группы людей с зонтиками, изображающие времена года. Кстати, они тоже не бронзовые, но из честной нержавейки. Однако понять, где какой сезон, довольно сложно: отличия несущественны.


Вроде, это весна, но я не уверен

Целый день прогуляв по городу, мы не видели и половины того, что тут вообще есть. А уж в мой «репортаж» попали совсем крохи. Лучше приезжайте в Ханты, посмотрите сами.


«Лестница жизни» (2008 г., автор А. Точилкин)

Вечером на выезде бывает приятно посидеть где-нибудь в ресторанчике. Но в этот раз общепитом мы пользовались только днём (на стадионе так вообще самопальными бутербродами перебивались). Поужинать в Хантах довольно дорого. Посидеть аутентично, с местными деликатесами – умопомрачительно дорого. Бюджет же был нынче сильно ограничен. Так что вечерами трапезничали, чем доставка пошлёт. Эти сервисы тут стоят более-менее сообразных денег. Хотя качество не ахти, и доставляют долго, особенно в пятницу. В последний день нам это надоело, и мы просто купили пельмешек в магазине. Благо, в номере были микроволновка и мультиварка – на этом и блюда посложнее утренней каши можно приготовить.


< Всё супер Спринты и мамонты >

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *